«Грани «несчастного сознания». Театр, проза, философская эссеистика, эстетика Альбера Камю» читать онлайн

Автор Самарий Израилевич Великовский

Самарий Израилевич Великовский

Грани «несчастного сознания». Театр, проза, философия, эссеистика, эстетика Альбера Камю

* * *

На стыке словесности и философии

Предварительные замечания

С давних пор во Франции совмещение в одном лице собственно мыслителя и мастера слова – отнюдь не редкость: достаточно вспомнить Монтеня, Паскаля, Дидро, Руссо, чьи имена с равным правом значатся и в историях философии и в историях литературы. Философия Вольтера может, конечно, нравиться или нет, но укорять его за «философичность» повестей нелепо.

А между тем философичность тех французских писателей XX века, чьи книги отмечены печатью экзистенциалистских умонастроений, нередко считают если не смертным грехом, то существенным изъяном. Молчаливо предполагается, что указать на нее достаточно, чтобы вскрыть творческие слабости Сартра, или Камю, или Симоны де Бовуар, или Габриеля Марселя и тех, кто к ним близок. Подобные упреки раздаются столь часто и с такой непререкаемостью, что поневоле возникает впечатление, будто сама по себе серьезная философская подготовка и тем более работа над философскими трудами противопоказаны писательскому дарованию и было бы гораздо предпочтительнее для тех же Сартра или Камю, садясь, предположим, за очередную вещь для театра, выбросить из головы все высказанное ими незадолго до того в теоретическом труде.

Простодушие таких отлучений философии от литературы могло бы, пожалуй, даже умилить, не угрожай они сделаться чем-то вроде расхожего и не подлежащего сомнению предрассудка. Предрассудка, очевидно несуразного в России, стране, где среди самых крупных философских умов прошлого столетия выделяются как раз писатели Достоевский и Толстой, так что позже множество весьма незаурядных «чистых» мыслителей, у нас и за рубежом, без конца возвращались к их вымышленным повествованиям как к неисчерпаемому интеллектуальному источнику.

Что касается французов, то у них вообще расстояние между философией и литературой куда короче, чем где бы то ни было. Недаром эссеистика, находящаяся на границе этих двух областей, – прославленное детище именно французского духа, и хотя в иных краях она подчас приносила отдельные блистательные плоды, тем не менее нигде не составляла столь же неотъемлемой и всегда присутствующей части словесности.

Недаром выкладки Декарта, Копта, Бергсона поразительно быстро брались во Франции на вооружение писателями, получая всякий раз не просто отклик в их взглядах, но и преломление в самой их стилистике.

Следует добавить, что сама философия писателей сартровского круга и их предшественников (в частности, Мальро) – нечто очень отличное от того философского умозрения, где научная строгость доводов, а значит, непреложная общеобязательность заключений почитается превыше всего. Старое русское слово «любомудрие», если отбросить приставший к нему оттенок насмешки, в случае с «философией существования» кажется весьма кстати.

Не углубляясь слишком в прошлое в поисках отдаленных предтеч, вроде Сократа или, ближе к нам, Паскаля, можно назвать зачинателем этой манеры философствования датского «любомудра» («частного мыслителя», как он себя именовал) середины XIX века Сёрена Киркегора. Для этого философского писателя, ревностно искавшего в очищенной от интеллектуалистских примесей самозабвенной и тихой вере якорь душевного спасения от бед неладно устроенной общественной и личной жизни, само понятие истины, в противоположность неизменной мишени его нападок – Гегелю, сопрягалось не с доказуемой рационально-логическим путем достоверностью для всех, вообще не с познанием сущности окружающих вещей, а в первую очередь с уяснением духовных и жизненных запросов отдельной, частной и неповторимой личности – прежде всего сокровенных тайн единичного существования самого мыслителя. Киркегоровская истина – не безличное знание, поддающееся точной проверке и понуждающее безропотно ему внимать, а душевная подлинность, возможная и в заблуждениях. Она обретается в момент высокого просветления, когда человек, погрузив взор исключительно внутрь собственного Я, раскрывается самому себе в своей обнаженной «самости», обычно спрятанной под суетными масками, рядиться в которые побуждает непроизвольная забота о том, чтобы выглядеть и поступать «как все», казаться таким, каким нас хотели бы видеть другие. По сути, это была скорее лирическая, чем научная установка для ума, знакомая нам по «Запискам из подполья» и тесно смыкающаяся с исповедальным поиском своей правды. Не случайно Киркегор не выносил ученых трактатов, а тяготел по преимуществу к дневниковым и эпистолярным сочинениям, где он вкладывал свои раздумья в уста вымышленных лиц, каждое из которых наделено псевдонимом, имеет нечто от него самого, хотя ему не тождественно, и где он заставлял их дополнять, а иногда и опровергать друг друга по ходу сопоставления не столько разных способов понимать мир, сколько равных способов в нем быть.

Последние рецензии
5
Алисию Беренсон обнаружили стоящей над своим мужем - его привязали к стулу и пять раз выстрелили в лицо. Алисия не дает никаких объяснений и отказывается говорить. Ее положили в психиатрическое отделе... читать далее
4
Я до сих пор очарован этими романами. Иногда трудно понять почему. Я имею в виду, то, как развивается сюжет, похоже, что нет никакого чувства структуры, просто что-то происходит, дальнейшее развити... читать далее
4
В книгах Сергея Лукьяненко удивительно то, что он пишет научную фантастику, не вдаваясь в технические детали, которые обычно являются естественной составляющей научно-фантастических романов. Что мне н... читать далее
3
Хотя мне действительно нравится стиль письма Лорен Оливер, я изо всех сил пытался найти мотивацию, чтобы закончить эту книгу. Главная героиня, популярная и озорная старшеклассница по имени Сэм, умирае... читать далее
3
Я не понимаю всех ненавистников книг Дэна Брауна. Вы действительно ожидаете, что эти книги будут отмеченными наградами произведениями искусства? Если да, то критикуете ли вы каждую книгу, которую чита... читать далее
5
Персонаж Пеппи - кошмар каждого порядочного родителя. Она спит, когда хочет, у нее возникают странные идеи, и она сводит с ума бедного учителя. К тому же она делает все, что захочет и держит на веранд... читать далее
4
Странно, как можно кого-то ненавидеть, но в то же время жалеть. Однако именно это и произошло с этой книгой. Это в основном сделано для того, чтобы шокировать людей. Вы читали о кокаине, проститутк... читать далее
3
Этот фолиант фактически состоит из двух романов. Действие первого происходит в России во время русско-японской войны, а во втором - в Японии начала эпохи Мэйдзи. Недавно предав Эдо вместе с Мэйдзи, я ... читать далее
4
Странно, очень странно. Множественные сюжетные линии, интерлюдии с других точек зрения, философия и история - все в одном лице. Главный герой, Петр Войд (имя не случайно), находится в современной псих... читать далее
5
Я прочитал эту книгу (ну, переведенное издание), когда учился в школе, это было очень давно :))) Я помню, как однажды по дороге из школы зашел в книжный магазин ... Я просматривал стопки разных книг,... читать далее
4
Это первая книга из трилогии о жизни финансиста Фрэнка Каупервуда, в основе которой лежит жизнь чикагского трамвайного магната. Действие первой части его истории происходит в Филадельфии после окончан... читать далее
4
Я начал читать эту книгу, потому что мне для чтения в этом году нужна была «книга возрастом более 100 лет», и, будучи написанной в 1913 году (то есть ей сейчас 108 лет), она как раз соответствовала мо... читать далее
5
Книга стихов «Божественная комедия» получила 5+ звезд от меня. В центре этой эпической поэмы - главный герой Данте и его путешествия по аду, чистилищу и раю. Божественная комедия - это произведение ... читать далее
5
Я пишу эту рецензию, только что закончив последнюю страницу, закрытую, завершенную, и у меня перехватывает дыхание. Виктора Гюго непросто читать, бывают моменты, когда он теряется в очень конкретных д... читать далее
4
Все, что вам нужно знать о «Океане в конце дороги», прямо в названии! Океан, на который он намекает, глубок (глубокий, как истинные значения семьи, любви и смерти); синий (ледяной, как антагонист паук... читать далее
4
Это одна из многих замечательных приключенческих книг Жюля Верна, и она не разочарует никого, кому нравятся произведения Верна, хотя она не так известна, как некоторые другие его произведения. Послани... читать далее
5
Это был один из самых громких романов 80-х годов. Я очень хорошо помню книгу. История преступления, действие которой происходит в монастыре, где много латыни и греческого языка, а некоторые сомнительн... читать далее
4
Джеймс Боуден был бездомным, жившим на улицах Лондона и борющимся с наркозависимостью. Днем он устраивал уличные выступлениями, чтобы заработать немного денег, чтобы прокормить себя. Побывав в общежит... читать далее
4
Я слышал, что «Звездная пыль» Нила Геймана описывается как сказка для взрослых, и я думаю, что Гейман сам сказал что-то в этом роде. Это настолько краткое описание, насколько близко к этому очень зани... читать далее
5
«Ночной дозор» расказан голосом одного из Светлых, Антона. Эта книга продолжает историю, вплетая нити из предыдущей книги, создавая целый «другой кластер» для вовлеченных персонажей. Это великолепно. ... читать далее
2
Не помню, что когда-либо мне нравился писатель больше, чем Элизабет Гилберт. Гилберт обладает эмоциональной зрелостью неуверенной девочки-подростка. В «Ешь, молись, люби» она выглядит полностью эгоцен... читать далее
5
Во-первых, я хочу сказать, что мне очень понравилась эта книга. Я так давно хотел попасть в эту серию, и она определенно не разочаровала. Мне нравятся имена трех главных героев: Америка, Аспен и принц... читать далее
4
Молодой, дружелюбный мальчик Филип Пиррип с неожиданным прозвищем Пип живет со своей старшей, на двадцать лет, жестокой (не материнской любовью, это точно) неуравновешенной замужней сестрой Джорджиано... читать далее
4
«35 кг надежды» - это Грегуар Дюбоск, 13-летний подросток, который абсолютно ненавидит школу. У него невероятно талантливые руки, он строит вещи, занимается рукоделием и самоделкой. Он очень творчески... читать далее
5
Этот изящный роман (на самом деле новелла) - первая книга о Шерлоке Холмсе, написанная в 1887 году, - довольно странный, поскольку он установлен как в культуре, наполненной до краев викторианском Лонд... читать далее
4
Маргарита Юрсенар давно писала, что «маска со временем становится самим лицом». Это может работать как хорошо, так и плохо, но чем отвратительнее секреты, тем тщательнее создается маска. Так что, если... читать далее
4
Я был расстроен этой книгой так же, как и пристрастился к ней. Рози и Алекс всегда были влюблены друг в друга, но никогда не оказывались в нужном месте в нужное время, как эмоционально, так и физическ... читать далее
3
Изображение человеческой натуры Федором Достоевским настолько своеобразно, что его просто не может превзойти никто в этом искусстве. Всегда есть какие-то модные идеи и люди, которые не могут мыслить ... читать далее
5
Книга, которую вы начинаете с улыбки и заканчиваете улыбкой. Вы ловите каждое слово и с нетерпением ждете конца. Вы хотите, чтобы это продолжалось, потому что вы не хотите отпускать персонажей, которы... читать далее
4
Одна из моих любимых книг. Я прочитал ее три раза и, вероятно, прочитаю еще несколько раз в будущем. Я действительно ценю, какой «приземленный» способ работы с его предметом есть у Фромма. Он признает... читать далее
Загрузка файла